В поисках утраченного времени (роман М. Пруста): черты стиля (статья Вл. А. Лукова)

Пруст (Proust) Марсель (10.07.1871, Париж, — 18.11.1922, Париж) — французский писатель, один из «отцов» европейского модер­низма, автор прославленного романа «В поисках утраченного времени» («? la recherche du temps perdu», 1905–1922, опубл. 1913–1927). Роман поразил современников и читателей последующих поколений прежде всего своим необычным стилем. Некоторые обозначили его специфику термином «поток сознания» [см. на нашем сайте статью: В поисках утраченного времени (роман М. Пруста): «поток сознания» (статья Вл. А. Лукова)]. Но правильнее было бы сказать: стиль Пруста воплотил художественную идею «потока сознания».

«Поток сознания» был реализован модернистами в самых разных формах. Так, Дж. Джойс в «Улиссе» и У. Фолкнер в романе «Шум и ярость» имитировали потоки мыслей героев в том виде, в каком мыслительная деятельность протекает в сознании человека во всей ее неоформленности, с перебивами мысли, умолчаниями и т. д. У Пруста есть лишь элементы такого подхода, но не на уровне фразы. Так, в начале романа нет даже намека на то, что «дама в розовом», встреченная Марселем у своего двоюродного деда, — это Одетта, один из ключевых персонажей последующего повествования, так же как то, что увиденный в салоне Вердюренов «маэстро Биш», шокирующий своими резкими манерами, громким голосом и неприличными шутками, — это в последующем тексте знаменитый художник-импрессионист Эльстир. Такого рода умолчания можно трактовать и как следствие использования «потока сознания», и как чисто традиционный литературный прием.

Фраза у Пруста не имитирует сбивчивого хода мысли, она вполне логична, имеет сложную синтаксическую структуру. Она имитирует не скачки мысли, а спонтанность письма. Как отмечал исследователь французской литературы В. П. Трыков, «в языке Пруста как бы ничто не продумано заранее, ничто не выдает работы по отбору слова, по оформлению фразы. Прустовская фраза разливается как поток, разрастается до размеров страницы, вбирая в себя перечисления, сравнения, метафоры, дополнительные и пояснительные конструкции. Фраза Пруста должна была соединить в себе впечатление и его осмысление, настоящее и прошедшее, созерцание и воспоминание. Ее задача — с импрессионистической непосредственностью передать главную мысль романа, мысль о прихотливости и неисчерпаемости сознания, о текучести и бездонности личности». Фраза становится своеобразным микромиром, монадой. Каждая живет своей особой жизнью, монада примыкает к монаде, но связь между ними скорее опосредованная, по ассоциации. Происходит своего рода «атомизация» текста, что коррелируется с «атомизацией» сознания субъекта и приматом единичного. Метонимия (ассоциация по смежности) становится ведущим приемом Пруста, что показал в своих исследованиях выдающийся современный французский филолог Ж. Женетт. Он же отмечает не меньшее значение для Пруста метафоры (ассоциации по сходству), что связано с его философией: «Единственная подлинная реальность для Пруста — это, как известно, та, которая дается нам в опыте непроизвольного воспоминания и воспроизводится в метафоре, — это присутствие одного ощущения в другом, «отблеск» воспоминания, глубина аналогий и различий, многозначная прозрачность текста, палимпсест письма». Женетт называет язык Пруста «непрямым», подчеркивая, что для этого писателя характерна «критика той реалистической иллюзии, которая сводится к поискам в языке верного отображения, прямого выражения действительности».

Существенная черта стиля Пруста — его кинематографичность, отмеченная еще А. В. Луначарским, а позже С. Г. Бочаровым, В. П. Трыковым и другими исследователями. Ему свойственна монтажность мышления, причем Пруст, начиная роман, не имел перед глазами фильмов Гриффита, снятых позже, ничего не мог знать об «эффекте Кулешова», открытом в 1917 г. Его монтажность распространяется не только на изображение, но и на звук, хотя он застал лишь эпоху немого кино.

Специфика стиля Пруста определяется осознанием специфики восприятия мира, метонимичной и метафорической по своему существу. Восприятие дробно, оно демонстрирует предмет с разных сторон, и соединяется не через синтез, а в соответствии с принципом дополнительности, сформулированным физиком Нильсом Бором в 1927 г. Крупный лингвист и культуролог акад. Ю. С. Степанов отметил, что в романе Пруста осуществлен именно «принцип дополнительности», причем задолго до того, как его сформулировал Бор. Отмечая познавательную ценность романа Пруста, он писал: «В его романе рассыпана масса художественных открытий, многие из которых составляют прямую параллель к открытиям нашего времени в психологии, лингвистике, даже физике. Даром художника и непосредственным наблюдением Пруст открывал то, что со своей стороны открывали ученые».

Пруст — сложный, противоречивый художник, в его творчестве модернистский импрессионизм сое­диняется с элементами реализма. Не случайно поэтому в эссе «Против Сент-Бева», где обосновывались принципы будущего романа, Пруст выступил в защиту своего любимого писателя Бальзака. Отсюда — два пути воздействия Пруста на литературу: некоторые его открытия используются писателями-реалис­тами, прежде всего тот новый уровень психологизма, которого он достиг. Модернистские же черты его творчества развиваются представителями «нового романа» и других авангардистских течений XX века.

А. В. Луначарский определил особенности творчества писателя так: «…Самым дорогим для Пруста элементом его замечательных книг является сам по себе кинематограф его воспоминаний. Здесь Пруст не знает себе равных… Он сам играет свою собственную роль, и этот спектакль «Моя жизнь» поставлен с неслыханной роскошью, глубиной и любовью… Несколько мутноватый, медово-коллоидальный, необычайно сладостный и ароматный стиль Пруста — единствен­ный, при помощи которого можно принудить десятки тысяч читателей восторжен­но переживать с вами вашу не так уж особенно значительную жизнь…».

См. на нашем сайте статьи: Пруст Марсель; другие статьи о Прусте и его произведениях.

Текст: ? la recherche du temps perdu / Ed. de J.-Y. Tadi?: En 4 vol.  P., 1987?1989 (Bibl. de la Pl?iade); в рус. пер. — В поисках утраченного времени. М., 1973?1990;  Обретенное время. М., 1999.

Вл. А. Луков

Этапы литературного процесса: Рубеж XIX–XX веков; ХХ век: первая половина. — Теория истории литературы: Направления, течения, школы: Модернизм. — Произведения и герои: Произведения. — Научные приложения.

 

 

Ремонт sony в москве еще по теме.